МОСКОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

 

КАЛАШНИКОВА ЕКАТЕРИНА ЕВГЕНЬЕВНА

УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ИНФОРМАЦИИ О ЧАСТНОЙ

ЖИЗНИ

Специальность 12.00.08 - уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва 2001

Работа выполнена на кафедре уголовного права Московской государственной юридической академии

 

 

Общая характеристика работы

Актуальность исследования

Одним из основных признаков правового государства является реальность прав личности и обеспечение ее свободного развития. Правовое государство признает за индивидом определенную меру свободы, за пределы которой вмешательство государства недопустимо.

Краеугольным камнем Конституции России является идея приоритета прав личности над правами общества и государства, что отражено в ст.2 Основного закона. В ней сказано: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства».

Одним из основных направлений защиты личности является уважение частной жизни человека и гражданина, соблюдение ее неприкосновенности.

Закрепление в нормах закона, создание системы правовых гарантий в этой области было обусловлено естественной потребностью человека в закреплении собственной автономии. Постепенная утрата автономии человеческой жизни, вызванная стремлением власти, отдельных лиц и их групп к обладанию информацией о жизни других в целях усиления контроля и закрепления собственных позиций, удовлетворения экономических интересов, сопровождающееся постоянным развитием в области науки и техники, создало реальную угрозу автономии личности; человек стал терять контроль над своим «информационным образом», то есть суммой сведений, определяющих его лицо в глазах общества.

В условиях такого «массированного натиска» на частную жизнь прежние способы защиты приватности, ориентированные на отношения между частными субъектами, уже были недостаточны. Произошло переосмысление самого права на неприкосновенность частной жизни, его «политизация», то есть признание его связи с категорией политической свободы, признание его правом, действующим в отношении

гражданина и государства. Из права, ограждающего человека от назойливого любопытства, газетной сплетни или использования его изображения для рекламы, оно перерастает в право на сохранение независимости человеческого достоинства.

Идея уважения частной жизни, насчитывающая уже более ста лет в правовой мысли зарубежных стран, между тем прошла трудный путь становления в российском праве: от закрепления отдельных компонентов данного субъективного права, формального декларирования в Конституции 1977г. до реального претворения идеи в жизнь на основе норм Основного закона 1993г. и закрепления системы гарантий неприкосновенности частной жизни в нормах различных отраслей права обновленной России.

Отдельные попытки осветить вопросы, связанные с этой проблемой, встречаются в дореволюционной литературе, в том числе применительно к уголовному праву. Однако в советской правовой мысли идеи неприкосновенности частной жизни были не в чести, а потому долгое время эта тема незаслуженно умалчивалась.

Как комплексный правовой институт, неприкосновенность частной жизни стала складываться лишь с принятием новой Конституции 1993г. В 1996г. в Уголовном кодексе России были впервые закреплены нормы об охране права на личную и семейную тайны в целом, а также ряд других норм, запрещающих неправомерное обращение с конфиденциальной информацией, в том числе персонального характера. Постепенно появляется исследовательский интерес к данной проблематике.

Между тем система норм, посвященных охране конфиденциальной информации, в том числе персонального характера, усложняется с каждым днем. Право не стоит на месте, и уже сегодня в Государственной Думе РФ в работе находятся ряд законопроектов, существенно затрагивающих анализируемое субъективное право. В связи с этим возникает потребность в исследовании норм, выявлении их соотношения, взаимосвязи друг с другом. Открытыми на сегодняшний день остаются множество вопросов, связанных с охраной частной жизни, многие из которых, в том числе в сфере уголовного, конституционного, угол овно-процессуального, гражданско-

процессуального права и другах отраслей, освещаются в представленной работе, предлагается их решение.

Состояние научной разработки

На сегодняшний день в России нет крупных работ, посвященных комплексному

исследованию вопросов уголовно-правовой охраны неприкосновенности частной

-жизни, конфиденциальности персональной информации. Отдельные проблемы

уголовно-правового характера в данной сфере затрагиваются в публикациях Петрухина

'И.Л„ Смольковой И.В., диссертациях Волошкиной Н.Н., Юрченко И.А., учебной

литературе, комментариях к законодательству. В той или иной мере эта проблематика

затрагивается в дореволюционных работах таких авторов, как Кони А.Ф., Резон А.,

Розин КН., Фойницкий ИЛ.

Специально исследованию вопросов неприкосновенности частной жизни посвящены монографические работы Красавчиковой Л.О., Петрухина И.Л., Смольковой И.В. Между тем эти авторы рассматривают данный институт с точек зрения других отраслей права: конституционного, уголовно-процессуального, гражданско-процессуального.

С принятием Конституции 1993г. в печати появились отдельные публикации, посвященные теме охраны конфиденциальной персональной информации, таких , авторов, как Иванский В.П., Красиков А.Н., Резник Г.М., Улицкий С.Я., других исследователей.

Вместе с тем многие аспекты данной проблемы не получили достаточного освещения. Спорными оставались вопросы, связанные с уголовно-правовой квалификацией дечний, нарушающих тайну личной жизни, тайну корреспонденции, неприкосновенность жилища. Актуальность этих проблем, теоретическая и практическая их значимость предопределили выбор темы диссертационного исследования.

Объект и предмет исследования

Объектом исследования являются теоретические и практические вопросы, зязанные с применением действующего законодательства в области охраны объективного личного права на неприкосновенность частной жизни, определением энфиденциальной персональной информации как самостоятельного предмета головно-правовой охраны.

Предмет исследования включает в себя:

уголовно-правовые нормы, связанные с защитой конфиденциальной грсональной информации, права на неприкосновенность частной жизни, держащиеся в российском, зарубежном, международном законодательстве;

опубликованные научные исследования: статьи, монографии* диссертации, кбная литература по данной проблематике;

практику применения закона судами по конкретным делам, решения онституционного Суда РФ, Европейского Суда по правам человека.

Цель а задачи исследования

Целью представленной работы является комплексное изучение системы эеспечения неприкосновенности информации о частной жизни в нормах российского ^оловного закона, в других отраслях российского права. Цель исследования эусловила постановку и решение следующих задач:

выявить тенденции развития российского законодательства по вопросам защиты ^прикосновенности информации о частной жизни;

выработать социологическое и правовое понятия частной жизни, информации о кггной жизни;

исследовать вопросы уголовной ответственности за нарушение ^прикосновенности информации о частной жизни;

провести анализ системы правовых гарантий неприкосновенности частной изни в других о!}>аслях российского права;

обобщить научный опыт и судебную практику по данному вопросу;

внести предложения по совершенствованию действующего уголовного законодательства, а также норм других отраслей права,

Методология и методика исследования

Представленная работа основывается, прежде всего, на диалектическом подходе к анализу предмета исследования. Анализ проводился также на основе исторического, системно-структурного, формально-логического, лингвистического, статистического методов. Особое место занимает сравнительно-правовой .анализ норм законодательства. При рассмотрении отдельных вопросов использовался также метод экспертных оценок.

Теоретическая и правовая основы исследования

В качестве теоретической основы работы были использованы работы таких ученых в области философии, социологии, права, как: Беддард А.Р., Дагель П.С., Девис Ф., Кони А.Ф., Коржанский Н.И., Красавчикова Л.О., Красиков А.Н. Петрухин И.Л., Резон А., Розин Н.Н., Смолькова И.В., Трайнин А.Н., ФойницкиЙ ИЛ. и др.

При проведении исследования использовалось отечественное законодательство, начиная с конца XVIII в., текущее конституционное, уголовное, уголовно-процессуальное, гражданское, гражданско-лроцессуальное, арбитражно-процессуальное, финансовое законодательство, законодательство в области здравоохранения, . информации, банковской деятельности и других отраслей законодательства России. Работа также основывается на исследовании зарубежного уголовного и другого законодательства (США, Канады, Испании, Великобритании, ФРГ, Франции и других стран). Используются нормы международного права, в том числе права Совет.? Европы.

Эмпирическая основа исследования

Эмпирическая основа исследования включает опубликованную судебную практику с 1997г., в том числе Верховного Суда РФ, Судебной палаты по информационным спорам при Президенте РФ, Конституционного Суда РФ; материалы Европейского Суда по правам человека; результаты экспертных оценок 90 ученых-юристов в области, уголовного права и уголовного процесса, конституционного права, гражданского права и гражданского процесса; материалы анкетирования 50 практических работников органов суда и прокуратуры, адвокатов, материалы опроса граждан; публикации в периодической печати по анализируемой проблеме за последние 40 лет.

Научная новизна работы

В диссертации впервые на монографическом уровне комплексно исследуются проблемы защиты конфиденциальной персональной информации в уголовном праве России.

Право, на неприкосновенность частной жизни, как объект уголовно-правовой охраны, рассматривается в двух аспектах: как право на автономию, самоопределение в вопросах частной жизни и право на неприкосновенность информации о частной жизни.

Предлагаются новое название и редакция ст. 137 УК РФ, при этом выделяются новые квалифицированные и особо квалифицированные составы нарушения неприкосновенности информации о частной жизни.

Обосновывается необходимость расширения норм о свидетельском иммунитете лиц, которым по службе, работе или при выполнении общественных функций стала известна информация о частной жизни других лиц?

Обосновывается необходимость расширения круга оснований для проведения закрытых судебных заседаний.

Вносятся предложения по совершенствованию системы уголовно-правовых норм, обеспечивающих неприкосновенность информации о частной жизни, в частности, об исключении ст. 155 УК РФ.

Основные соложения, выносимые на защиту

1. Диссертантом предлагается новая редакция и название ст.137 УК РФ:

Статья 137. Нарушение неприкосновенности информации о частной жизни.

1. Незаконные сбор или хранение информации о частной жизни лица, -наказываетсХ...

2. Незаконные разглашение или использование информации о частной жизни лица, -

наказывается...

3. Деяния, .предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, совершенные:.

а.) с использованием специальных технических средств;

б.) лицом с использованием своего служебного положения, а также в связи с осуществлением профессиональной или иной общественной деятельности, а равно

в.) распространение информации о частной жизни лица публично, -

наказываются...».

2. Право на неприкосновенность частной жизни принадлежит только самому физическому лицу. Правопреемство в отношении указанного права невозможно.

3. Предметом нарушения неприкосновенности информации о частной жизни, ответственность за которое предусмотрена ст.137 УК, является информация. Информация при этом по своему содержанию может быть как идеальной, так и материальной. Вместе с тем информация всегда материальна по форме, то есть имеет тот или иной материальный носитель.

4. Прес1удные деяния, нарушающие неприкосновенность информации о частной жизни, могут быть истолкованы двояко: как процесс и как результат. В связи с

10

тш оконченным преступлением предложено считать сбор таких сведений, как действие, включающее в себя не только внешний акт поведения, но и результат -;ведения становятся доступны субъекту преступления; распространение предложено ;читать оконченным преступлением, когда информация доведена до сведения хотя бы щного лица.

5. Не является конфиденциальной информация о частной жизни лица, если »на представляет -общественный интерес. Под последним следует понимать |бъективную существенную значимость тех или иных действий, ценностей [атериального и нематериального характера для нормальной жизни общества, >ункционирования государства. При этом разглашаемые сведения о частной жизни бщественного деятеля должны иметь непосредственное отношение к осуществляемой тим лицом государственной или иной общественной деятельности. Предлагается аконодателъно закрепить положение о том, что чем значительнее общественный еятель и информация о нем, тем более извинительно вмешательство в его частную :изнь.

6. Обосновывается нецелесообразность выделения ст. 155 (разглашение 1йны усыновления) УК РФ в связи с тем, что она дублирует уголовно-правовые треты, предусмотренные ст. 137 УК РФ.

Автор предлагает внести поправки в процессуальное законодательство, редложена иная редакция ч. 3 ст. 55 Проекта Уголовно-процессуального кодекса Ф:

«Не подлежат допросу в качестве свидетедей лица, которым по службе, работе i6o в связи с осуществлением общественных функций стала известна информация:

1.) об обстоятельствах уголовного дела в связи с участиеНИ в производстве по •оловному делу, а также в ходе обсуждения в совещательной комнате вопросов, >зникших при вынесении судебного решения;

2.) об обстоятельствах обращения лица за юридической помощью и ее оказания;

3.) об обстоятельствах, составляющих тайну исповеди;

4.) об обстоятельствах, составляющих тайну депутата Государственной Думы, члена Совета Федерации Федерального Собрания РФ.

Аналогичные изменения и дополнения следует внести в ст.61 ГПК РСФСР.

Предложена иная редакция ч.2 ст.281 Проекта Уголовно-процессуального кодекса:

«2. Закрытое судебное заседание допускается по определению суда (постановлению судьи) на основе заявления подсудимого, его защитника или представителя, потерпевшего, гражданского лица, гражданского ответчика, их представителя или свидетеля в целях предотвращения разглашения сведений конфиденциального характера. Если разглашение сведений конфиденциального характера может нанести существенный вред правам и законным интересам лиц, участвующих в деле, суд обязан вынести определение о проведении закрытого судебного заседания».

Аналогичное изменение предложено внести в 4.2 ст.9 ГПК РСФСР,

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что впервые на монографическом уровне решаются проблемы обеспечения конституционного права на неприкосновенность информации о частной жизни на базе Уголовного кодекса 1996г.

Результаты исследования могут быть использованы при совершенствовании норм уголовного, уголовно-процессуального и иного законодательства, связанных с охраной конфиденциальной персональной информации, дальнейшей разработке данных и смежных проблем.

Практическая значимость заключается в том, что выводы, сделанные в работе, обеспечивают точное понимание и следование закону и, тем самым, способствуют улучшению праБгшрименительной практики, исключению из нее следственных и судебных ошибок.

Результаты исследования целесообразно также использовать в учебном процессе в юридических учебных заведениях.

Апробация результатов исследования

Основные положения диссертации обсуждались на заседании кафедры уголовного права МПОА, где проводилось ее рецензирование, на межвузовских научных конференциях, проводимых в МПОА (1998г., 1999г.), на научных заседаниях в рамках проекта «Правовой стандарт: экономика, политика и международные отношения в современной России» Московского Общественного Научного Фонда. По теме диссертации опубликованы девять научных статей.

Структура диссертации

Диссертации состоит из введения, четырех глав, объединяющих двенадцать параграфов, и заключения.

Содержание работы

Во Введении диссертации обосновывается актуальность темы, определяется цель и ставятся задачи исследования, показывается степень разработанности проблемы, доказывается теоретическая и практическая значимость, научная новизна, дается методологическая, теоретическая и эмпирическая основа работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводится структура диссертации.

Глава первая «Право на неприкосновенность частной жизни как социальное благо и объект правовой зашиты» состоит из пяти параграфов.

Первый параграф «Понятие и содержание права на неприкосновенность частной жизни» посвящен анализу неприкосновенности частной жизни с точки зрения социологии и теоряи права.

Частная жизнь как социальное явление представляет собой «физическую и духовную область, которая контролируется самим индивидом, то есть свободную от внешнего направляющего воздействия, в том числе и от правового регулирования».1 В данном аспекте частная жизнь является совокупностью следующих компонентов:

1 Петросян М. «Что такое неприкосновенность частной жизни» // Правозащитник, №1 - М., 1995. - С.49

внутренней духовной сферы жизни человека, сферы межличностного общения и связей, организационной, медико-физиологической, поведенческой, имущественной составляющих.

Неприкосновенность частной жизни с точки зрения правовой теории - это многогранное субъективное право на своего рода автономию, на самоопределение в частной сфере, вобравшее в себя целый комплекс политических, социальных и иных прав личности.

Кроме того, объектом правовой защиты является информация об этой частной жизни. Наряду с правом на неприкосновенность частной жизни ст.23 Конституции России закрепляем право на личную и семейную тайну, а также на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и -иных сообщений. Конституционные положения конкретизированы в действующем законодательстве (ст.2 ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации», Перечне сведений конфиденциального характера (утвержденном Указом Президента РФ от 6 марта 1997 г. N 188), ст.З Проекта закона «Об информации персонального характера»).

Нормами Уголовного кодекса защищается как само право на неприкосновенность частной жизни, так и непосредственно информация о частной жизни. В то же время непосредственным объектом преступления, изложенного в ст.137 УК РФ, является далеко не все анализируемое право, но лишь информационный его аспект. В связи с jthm в работе предложено сформулировать название ст.137 УК, как «Нарушение неприкосновенности информации о частной жизни».

Далее в работе отмечается, что общественную опасность представляют собой не только сбор и распространение сведений, составляющих личную тайну, но и действия с открытой информацией о частной жизни лица при условии ее дальнейшего обобщения и систематизации.

Данную категорию уголовных дел предлагается отнести к числу дел частного обвинения. Этот обусловлено тем, что, во-первых, сбор информации о частной жизни лица недопустим без его согласия (ч.! ст.24 Конституции) в любом случае, за

14

исключениями, установленными федеральными законами (ч.З ст.55 Конституции РФ). Во-вторых, анализируемой статьей УК защищается сугубо личный интерес человека и гражданина.

В работе предлагается классификация персональной конфиденциальной информации по ряду критериев.

Сведения персонального конфиденциального характера могут одновременно являться информацией, защищаемой нормами российского законодательства как коммерческая, профессиональная либо служебная тайна.

Конфиденциальность служебной информации (определенной ее части) обеспечивается путем наделения лиц, имеющих доступ к служебной тайне, свидетельским иммунитетом. На основе анализа норм о свидетельском иммунитете делается вывод о необходимости наделения им всех лиц, которым по службе, работе или в связи с выполнением общественных функций стала известна информация:

1) об обстоятельствах уголовного дела в связи с участием в производстве по уголовному делу, а также в ходе обсуждения в совещательной комнате вопросов, возникших при вынесении судебного решения;

2) об обстоятельствах обращения лица за юридической помощью и ее оказания;

3) об обстоятельствах, составляющих тайну исповеди;

4) об обстоятельствах, составляющих тайну депутата Государственной Думы, члена Совета Федерации Федерального собрания РФ.

Обосновывается необходимость закрепления свидетельского иммунитета этих лиц как обязанности не давать свидетельских показаний.

Для целей укрепления системы гарантий конституционного права на неприкосновенность информации о частной жизни предложено ввести в процессуальное законодательство норму, предусматривающую возможность проведения закрытого судебного заседания по определению суда (постановлению судьи) на основе заявления подсудимого, его защитника или представителя, потерпевшего, гражданского лица, гражданского ответчика, их представителя или

15

свидетеля в целях предотвращения разглашения сведений конфиденциального характера. Автором предлагается также дополнить процессуальное законодательство нормой об обязанности суда (судьи) самостоятельно (по собственной инициативе) вынести определение (постановление) о проведении закрытого судебного заседания, если разглашение сведений конфиденциального характера может нанести существенный вред правам и законным интересам лиц, участвующих в деле.

В параграфе втором «Регулирование вопросов неприкосновенности частной жизни в российском праве: исторический аспект» проведен анализ развития уголовно-правовых норм в сфере охраны информации о частной жизни человека, а также вопросов, связанных с правом на тайну связи, неприкосновенность жилища.

Отечественное законодательство об охране частных тайн ведет свою историю с середины XIX в., когда впервые в нормах Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845г., Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, была установлена уголовная ответственность за нарушение неприкосновенности жилища граждан, нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений и иные подобного рода деяния.

В дальнейшем дореволюционное российское законодательство шло по пути детализации и расширения норм об уголовно-правовой ответственности за сбор и разглашение чужих тайн, нарушение тайны связи, неприкосновенности жилища. Меры уголовно-правовой репрессии с принятием Уголовного уложения 1903г. были ужесточены.

Советское законодательство охраняло отдельные элементы личной жизни граждан применительно к различным сферам социальной действительности (неприкосновенность жилища, тайна переписки, адвокатская, врачебная и некоторые другие тайны). Частная жизнь как объект юридической охраны впервые была закреплена лишь в Конституции 1977г, Таким образом, защита одного из основополагающих естественных прав личности была представлена довольно фрагментарно, а на практике во многом не была обеспечена вовсе.

16

В третьем параграфе «Предмет преступного посягательства на неприкосновенность информации о частной жизни» анализируется информация о частной жизни лица, как предмет преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ. Российское законодательство определяет информацию как «сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах независимо от формы их представления» (ст.2 ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации»).

Подробно рассмотрены вопросы природы информации. Делается вывод о том, что информация по своему содержанию может быть идеальной либо материальной. Вместе с тем информация всегда является материальной по форме, то есть, имеет тот или иной материальный носитель.

Параграф четвертый «Субъекты права на неприкосновенность частной жизни» посвящен характеристике потерпевшего в составе преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ. Право на неприкосновенность информации о его частной жизни принадлежит человеку от рождения; данным правом обладает каждое физическое лицо. Смерть субъекта права влечет прекращение правоохраняемого интереса. Обосновывается невозможность правопреемства в отношении права на неприкосновенность информации о частной жизни. С этой точки зрения подвергается критике Закон РФ «О реабилитации», Основы законодательства РФ об архивном фонде РФ и архивах. Наряду с этим предлагается дополнить архивное законодательство нормами, позволяющими наложить запрет на снятие режима конфиденциальности с документов, содержащих информацию об умершем, если оглашение может нанести существенный вред правам и законным интересам других живых лиц, в том числе их праву на неприкосновенность частной жизни.

Подчеркивается необходимость признания потерпевшим в результате преступного нарушения неприкосновенности информации о частной жизни не только гражданина, но любого человека.

Параграф пятый «Зарубежный опыт охраны частной жизни» посвящен праву демократичгских зарубежных государств в области охраны неприкосновенности

частной жизни, обеспечения конфиденциальности персональной информации. В целом, отмечен более широкий подход к пониманию данной категории,

К праву на неприкосновенность частной жизни законодательство и судебная практика западных стран относит право на свободу высказываний, религиозных убеждений, право женщины на аборт, свободный выбор в сексуальной сфере, в том числе право на выбор собственного пола.

Зачастую судебная практика таких стран как США, Великобритания, Франция и др. относит к анализируемой сфере правового регулирования такие отношения, которые не типичны для российского права, в частности, право на эксплуатацию (в том числе коммерческую) имени, внешности лица. В рамках охраны частной жизни лица рассматриваются также вопросы дактилоскопии, использования полиграфа, определителей телефонных номеров и многие другие.

Глава вторая «Объективная сторона преступного нарушения неприкосновенности информации о частной жизни» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Незаконное нарушение неприкосновенности информации о частной жизни. Законные способы ограничения частной жизни» подчеркивается, что преступление, ответственность за которое предусмотрена ст. 137 Уголовного кодекса, состоит в нарушении неприкосновенности информации о частной жизни, то есть собирании или распространении сведений, составляющих тайну личной жизни, без законных на то оснований.

Основное внимание уделяется подробному анализу оснований законного собирания, хранения, использования и разглашения конфиденциальной персональной информации, предусмотренных российским законодательством. Выделены две группы таких оснований: основания, предусмотренные федеральными законами, и судебные решения; а также общие условия, в том числе выработанные практикой Европейского Суда по правам человека, которым должен отвечать каждый случай вторжения в частную жизнь, как со стороны государства, так и со стороны других субъектов правд.

Диссертантом определяются те сферы общественных отношений, в которых могут иметь место ограничения анализируемого права граждан. Среди них:

отношения по обеспечению чрезвычайного положения;

в области правоохранительной деятельности государственных органов (в том числе оперативно-розыскная деятельность);

дактилоскопической регистрации;

отношения в сфере здравоохранения;

кредитно-информационной деятельности (в том числе деятельности детективных агентств);

создания и функционирования автоматизированных информационных систем.

Российское законодательство (Закон РФ «Об информации, информатизации и защите информации», Закон РФ «Q средствах массовой информации», Указ Президента РФ «О дополнительных гарантиях прав, граждан на информацию») устанавливает также принцип открытости, в отношении информации, представляющей общественный-интерес. Автором формулируется понятие общественного интереса, как объективной существенной значимости тех или иных действий, ценностей материального и нематериального характера для нормальной жизни общества, функционирования государства. При этом разглашаемые сведения о частной жизни общественного деятеля должны иметь непосредственное отношение к осуществляемой этим лицом государственной или иной общественной деятельности. В качестве универсального правила предлагается законодательно закрепить положение о том, что чем значительнее общественный деятель и информация о нем, тем более извинительно вмешательство в его частную жизнь. *

Еще одним основанием ограничения конституционного права на неприкосновенность информации о частной жизни, которое предусмотрено непосредственно уголовным законодательством, является наличие в действиях лица крайней необходимости.

19

В параграфе втором «Способы преступного нарушения неприкосновенности информации о частной жизни» освещаются вопросы, связанные с данным признаком состава преступления, предусмотренного ст.137 УК РФ. Сбор конфиденциальной персональной информации предлагается считать оконченным преступлением только тогда, когда субъекту удалось осуществить доступ к информации о частной жизни того или иного лица.

Распространение информации о частной жизни предлагается толковать расширительно, то есть как доведение информации до сведения хотя бы одного лица. При этом подчеркнута гораздо большая опасность противоправного распространения информации о частной жизни интересам в области охраны неприкосновенности информации о частной жизни, по сравнению со сбором такой информации без законных на то оснований. В связи с этим предложено выделить разглашение информации о частной жизни лица в квалифицированный состав, предусмотренный ч.2 ст.137 УК РФ.

Высокую степень общественной опасности представляют собой не только нарушение неприкосновенности информации о частной жизни, способами, указанными в диспозиции ст.137 УК РФ, но также и хранение информации о частной жизни, использование ее без законных на то оснований. Предлагается криминализировать такие действия.

Далее в работе обосновывается необходимость выделения в особо квалифицированный состав преступления сбор конфиденциальной персональной информации при помощи специальных технических средств, а также выделение в ч.З ст.137 публичного способа распространения информации о частной жизни лица (распространение в листовках, публичном выступлении, средствах массовой информации, компьютерных сетях, Интернете)

В третьем параграфе «Последствия как признак состава преступления, предусмотренного ст.137 УК» обосновывается необходимость формулирования состава преступления, предусмотренного ст.137 УК, как формального. Обязательным

20

признаком состава нарушения неприкосновенности частной жизни в соответствии нынешней редакцией ст. 137 УК является причинение вреда правам и законным интересам граждан. Однако такой вред, когда он нематериален (моральный, причинен чести, достоинству потерпевшего, в сфере неимущественных отношений) на практике сложно установить. Кроме того, социальная опасность деяния, состоящего в нарушении конституционного права на неприкосновенность информации о частной жизни, высока сама по себе, без дополнительного вреда другим благам.

Глава третья «Субъективные признаки преступного нарушения неприкосновенности информации о частной жизни» состоит из двух параграфов.

Первый параграф «Вопросы вины и мотивов преступного нарушения неприкосновенности персональной информации» посвящен анализу субъективной стороны преступления, предусмотренного ст.137 УК РФ. Диспозиция ст.137 УК указывает на мотин корыстной, или иной личной заинтересованности как обязательный признак субъективной стороны преступления. Однако автор придерживается той позиции, что деяние, состоящее в нарушении конфиденциальности информации о частной жизни лица, достаточно социально опасно само по себе. Поэтому предлагается предусмотреть уголовную ответственность вне зависимости от тех мотивов и целей, которыми руководствовался субъект преступления.

Во втором параграфе «Проблемы общего и специального субъекта преступления, предусмотренного стЛ37 УК РФ» подробно рассматриваются вопросы квалификации, связанные с данным элементом состава. Особая проблема возникает в связи е тем, что зачастую информация о частной жизни имеет отношение сразу к нескольким лицам, личные тайны могут носить как индивидуальный, так и коллективный характер. Разглашение этой информации возможно лишь с общего согласия всех тех, чьи интересы затрагивает такая информация.

Классическим принципом российского уголовного права является принцип личной ответственности виновного, то есть ответственности лишь вменяемого, достигшего определенного возраста физического лица, совершившего запрещенное

21

уголовным законом преступное деяние. Между тем в доктрине, законодательстве и практике юриспруденции зарубежных стран разрабатывается и находит свое закрепление идея уголовной ответственности юридических лиц. В работе подчеркивается актуальность проблемы ответственности юридических лиц не только в традиционном ракурсе экономической и экологической преступности, но и в отношении преступлений против конституционных прав человека и гражданина, в частности, наругаения неприкосновенности информации о частной жизни, совершаемых юридическими лицами как субъектами российского права.

4.2 ст. 137 Кодекса выделяет в качестве квалифицирующегр признака специальный субъект преступления, - лицо, использующее свое служебное положение для нарушения неприкосновенности частной жизни. Пленум Верховного суда РФ в постановлении от 27 января 1999Й «О судебной практике по делам об убийстве» дал трактовку осуществления служебной деятельности как действий лица, входящих в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальньши, частными и иными зарегистрированньши в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от . формы собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству. Такая формулировка закона и трактовка его Верховным судом необоснованно, по мнению диссертанта, сужает круг лиц, которые могут использовать свое положение, ресурсы, права и возможности, а также доверие, оказываемое им гражданами в связи с занимаемым положением. В связи с этим автором предлагается новая формулировка квалифицированного состава преступления как нарушения лицом неприкосновенности информации о частной жизни другого лица «с использованием своего служебного положения» а также в связи с осуществлением профессиональной или иной общественной деятельности».

Глава четвертая диссертационного исследования «Разграничение преступлений, нарушающих неприкосновенность информации о частной жизни» состоит из двух параграфов.

22

Первый параграф «Разграничение преступление против личности, нарушающих неприкосновенность информации о частной жизни» посвящен вопросам разграничения составов преступлений, посягающих на неприкосновенность информации о частной жизни, ответственность за которые предусмотрена в Разделе VII УК РФ «Преступления против личности». В частности, выделяются критерии разграничения составов преступлений, предусмотренных ст.137 и 129 (Клевета), 130 (Оскорбление), 138 (Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений), 139 (Нарушение неприкосновенности жилища) и 155 УК РФ (Разглашение тайны усыновления (удочерения). Вместе с тем право на неприкосновенное'^ информации о частной жизни, на личную и семейную тайну во всех составах, кроме предусмотренного в ст.137 УК РФ, может являться лишь дополнительным объектом преступления. Поэтому по общему правилу, если лицо своими действиями нарушило сразу два уголовно-правовых запрета, содержащиеся в различных статьях Уголовного кодекса, такое деяние требует квалификации по совокупности ст. 137 и другой соответствующей статье УК.

В то же время обосновывается нецелесообразность выделения 155 Уголовного кодекса РФ в связи с тем, что нормы, содержащиеся в ней, по мнению диссертанта, дублируют уголовно-правовые запреты, предусмотренные ст.137 УК РФ.

Второй параграф «Разграничение иных преступлений, нарушающих неприкосновенность информации о частной жизни» посвящен вопросам отграничения преступления, предусмотренного ст.137 УК от иных составов преступлений, посягающих на неприкосновенность информации о частной жизни, предусмотренных статьями, содержащимися в других разделах и главах УК РФ. Автором предлагаются критерии разграничения составов нарушения неприкосновенности информации о частной жизни (ст.137 УК) и незаконного получения и разглашения сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну (ст. 183 УК), преступлений в сфере компьютерной информации (Глава 28 У К),

23

преступлений, посягающих на государственную тайну (ст.ст.275, 276, 283, 284 УК РФ), а также тайну следствия (ст.З IО УК).

В Заключении диссертации подводятся итоги исследования проблемы и формулируются выводы и предложения, сделанные автором в ходе проведенного исследования.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих работах:

1. Коммерческая и банковская тайны: уголовно-правовой аспект/ Общеакадемическая научная студенческая конференция «общество, предпринимательство, право и экономика». Тезисы. М, 1999г. - 0,3 п.л.

2. Уголовко-правовое значение общественного интереса при собирании и распространении информации о частной жизни/ Ученые записки Ульяновского государственного университета. Государство и право: проблемы, поиски решений, предложения. Ульяновск, 1999г. - 0,6 п.л.

3. Неприкосновенность частной жизни как объект уголовно-правовой охраны/ Труды МПОА №4. М., 2000г. - 1 п.л.

4. Объективная сторона преступления, предусмотренного ст.137 УК РФ/ Труды Кировского филиала МГЮА №4. Киров, 2000г. - 0,6 п.л.

5. Использование информации о частной жизни в политических целях. Уголовно-правовой аспект/ Общество, политика, наука: новые перспективы. Москва, 2000г. - 1,3 п.л.

6. Способы защиты права на неприкосновенность частной жизни/ Укрощение Левиафана: право, государство и гражданское общество в современной России. Москва, 2000г. - 0,8 п.л.

7. Защита неприкосновенности информации о частной жизни в уголовном праве. Вопросы квалификации и разграничения составов/ Ученые записки

24

Ульяновского государственного университета. Вып. 1 (14). Ульяновск, 2001г. -1,1 п.л.

8. Дактилоскопическая регистрация: вопросы защиты персональной информации/ Сборник аспирантских статей. Москва, 2001г. - 0,3 п.л.

9. Персональная медицинская информация: статус, уголовно-правовая защита/ Труды Кировского филиала МПОА №5. Киров, 2001г. - 1,4 п.л.