КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЛИЦ Марина Олеговна

ПРИЗНАНИЕ И ИСПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЙ ИНОСТРАННЫХ СУДОВ И АРБИТРАЖЕЙ

В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ:

СООТНОШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ

И ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ

Специальность 12.00.10. — Международное право. Европейское право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Казань 2002

Диссертация выполнена на кафедре международного права Института государства и права Тюменского государственного университета и на кафедре иностранного государственного и международного права Уральской государственной юридической академии.

 

 

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Признание и исполнение в России иностранных судебных и арбитражных решений представ­ляет собой исключение из общего правила, согласно которому на территории государства обязательны и подлежат неукоснительно­му исполнению решения собственных судов. Поэтому осуществле­ние экстерриториальной судебной юрисдикции предполагает вза­имное самоограничение определенных суверенных прав государств. Такого рода правила закрепляются как во внутригосударствен­ном законодательстве, так и в международных договорах, преж­де всего в договорах о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.

Проблемы исполнения решений и иных актов судов иностран­ных государств применительно к их национальной территории и применительно к экстерриториальным ситуациям стали предметом обсуждения 24-й Конференции европейских министров юстиции «Исполнение судебных решений в соответствии с европейскими стан­дартами», организованной Советом Европы и проводившейся в Рос­сийской Федерации (октябрь 2001 г.). Ее целью явилась выработка общих для Европы стандартов в формировании нормативной базы и практики исполнения судебных решений, что может стать значи­тельным достижением в деле создания общеевропейского, а в пер­спективе — и всемирного правового пространства.

В частности, представляются весьма своевременными прозву­чавшие на Конференции предложения о разработке основных направлений унификации законодательства европейских госу­дарств об исполнительном производстве и о подготовке Евро­пейского кодекса исполнительного производства (включая вопросы, касающиеся поведения судебных приставов)1. Как пра­вило, в договорах о правовой помощи, иных международно-пра­вовых актах, затрагивающих исследуемые вопросы, речь идет о признании и выдаче разрешения на принудительное исполнение решений иностранных судов. В отношении же самого порядка исполнения иностранных судебных решений (например, участие судебных приставов-исполнителей и иных компетентных органов государства в реализации иностранных судебных актов), между­народные договоры не содержат каких-либо уточнений и отсы-

1 Бюллетень Министерства юстиции РФ- 2001. № 11. С. 7-32.

лают к законодательству договаривающейся стороны, на терри­тории которой предполагается осуществить эти действия.

С решением вопросов признания и исполнения иностранных судебных решений сталкиваются, прежде всего, правопримени-тельные органы (суды общей юрисдикции, арбитражные суды, органы юстиции, органы исполнительного производства, органы ЗАГСа и т. д.), а потому проведение и разработка такого исследо­вания представляется актуальной и с практической точки зрения.

Проблема исполнения судебных решений затрагивается и в деятельности Европейского Суда по правам человека. Выражен­ная в ряде дел позиция Европейского Суда сводится к следующе­му: «право на суд» стало бы иллюзорным, если бы правовая сис­тема государства позволяла, чтобы окончательное обязательное судебное решение осталось неисполненным, поскольку исполне­ние решения, вынесенного любым судом, должно рассматриваться как неотъемлемая часть права на судебную защиту в смысле ста­тьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод1.

Это в полной мере может быть применимо и к исполнению решений иностранных судов, когда реализация таких решений осуществляется с нарушением установленных национальным за­конодательством сроков для исполнения. В связи с этим может быть поставлен вопрос о ненадлежащем исполнении соответству­ющего решения, что, очевидно, позволит заинтересованному лицу после исчерпания внутригосударственных средств правовой за­щиты отстаивать нарушенное право на судебную защиту в Евро­пейском Суде по правам человека.

Предметом исследования в настоящей диссертации является про­блема признания и исполнения решений иностранных судов и арбит­ражей в Российской Федерации, рассматриваемая с точки зрения соотношения международных договоров РФ и внутригосударствен­ного законодательства, предназначенных для согласованной регла­ментации и имеющих, таким образом, совмещенный предмет регу­лирования. Такая постановка вопроса делается в отечественной лите­ратуре впервые, поскольку преобладающим в науке является подход, согласно которому рассмотрение вопросов признания и исполнения

1 Дело Хорнсби (Hornsby) против Греции от 19 марта 1997 г. // Европейский Суд по правам человека. Избранные решения: В 2 т. Т. 2 / Преде, ред. колл. В. А. Туманов. М.: Изд-во НОРМА, 2000- С. 431; Дело Иммобшшаре Саффи (Immobiliare Saff) против Италии от 28 июля 1999 г. // Вестник ВАС РФ. 2000, № 4. С. 113 - 118 и др.

иностранных судебных решений традиционно ограничивалось рам­ками отдельных научных дисциплин, таких как гражданский про­цесс, арбитражный процесс, международное частное право.

Следует также отметить, что проблема признания и исполнения иностранных судебных решений практически не исследовалась в рамках науки международного публичного права. Вместе с тем рас­сматриваемые вопросы, по мнению диссертанта, заслуживают боль­шего внимания именно в публично-правовом контексте, поскольку традиционное отнесение обозначенной проблемы исключительно к международному частному праву не кажется оправданным.

Во-первых, отношения, складывающиеся при рассмотрении воп­росов признания и исполнения иностранных судебных решений, вы­ходят за рамки предмета регулирования международного частного права, так как последнее призвано регламентировать частноправо­вые отношения гражданско-правового характера, возникающие меж­ду физическими и юридическими лицами различных государств; в данном случае же речь идет об урегулировании деятельности компе­тентных органов договаривающихся государств, участвующих в при­знании и исполнении решений иностранных судов по гражданским делам, в которых присутствует иностранный элемент.

Во-вторых, при правовой регламентации исследуемых вопро­сов отсутствует главный феномен, определяющий специфику меж­дународного частного права, — проблема выбора права. Ведение гражданского судопроизводства с участием иностранцев в Россий­ской Федерации по правилам российского законодательства не является результатом применения коллизионной нормы lex fori. Обращение к иностранным процессуальным нормам строится на иных (по сравнению с применением частноправовых норм) нача­лах, а, следовательно, здесь отсутствует метод правового регули­рования, характеризующий международное частное право.

Практическая и теоретическая значимость предопределила выбор данной темы.

Нормативную базу исследования составляют положения уни­версальных, региональных и двусторонних международных догово­ров, заключенных от имени Российской Федерации или действую­щих для России в порядке правопреемства. Для выработки реко­мендаций по совершенствованию международно-правового регулирования используются также международные договоры, в которых Российская Федерация пока не участвует. Анализ право-

вой регламентации вопросов признания и исполнения иностранных судебных решений основывается на нормах Конституции РФ (прежде всего, часть 4 ст. 15), Федерального конституционного закона «О су­дебной системе Российской Федерации», Гражданского процессу­ального кодекса РСФСР, Арбитражного процессуального кодекса РФ, Федерального закона «Об исполнительном производстве», Федерального закона «Об актах гражданского состояния», Закона «О международном коммерческом арбитраже», других правовых актов России. В работе также используются положения Указа Пре­зидиума Верховного Совета СССР «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей» 1988 г.

Для целей настоящего исследования важное значение имеют отдельные постановления Конституционного Суда РФ, руководящие указания Пленумов Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, ориентирующие суды на согласованное применение норм международного права и внутригосударственного законодательства в деятельности по признанию и исполнению иностранных судебных актов, а также содержащие разъяснения по правильному толкова­нию договорных норм при разрешении данных вопросов.

В процессе работы обобщается практика, судов общей юрисдик­ции, арбитражных судов, органов юстиции Тюменской, Свердлов­ской, Иркутской областей, Красноярского края. Обзоры судебной практики по гражданским делам Верховного Суда РФ и судебно-арбитражной практики разрешения споров по делам с участием иностранных лиц Высшего Арбитражного Суда РФ позволяют оз­накомиться с практикой и других регионов. Кроме того, в работе дается краткий анализ деятельности иных компетентных органов и должностных лиц, участвующих в исполнении иностранных судеб­ных решений (судебные приставы-исполнители, органы ЗАГСа).

Теоретическую основу исследования составляют работы по общей теории права, международному публичному праву, меж­дународному частному праву, гражданскому процессуальному праву, арбитражному процессуальному праву, в которых в той или иной мере затрагиваются аспекты проблемы признания и исполнения иностранных судебных решений.

Исследуемые вопросы в контексте общей проблемы взаимо­действия международного и внутригосударственного права рас­сматриваются на основе трудов таких ученых, как И. П. Блищен-ко, В. Г. Буткевич, А. М. Васильев, Р. М. Валеев, Г. М. Даниленко,

В. М. Жуйков, Г. И, Курдюков, И. И. Лукашук, С. Ю. Марочкин, Л. X. Мингазов, Н. В. Миронов, Р. А. Мюллерсон, Т. Н. Нешатаева, В. Я. Суворова, О. И. Тиунов, Ю. А. Тихомиров, Е. Т. Усенко, С. В. Черниченко, В. Ф. Яковлев и другие.

Многие аспекты темы представлены в работах по международ­ному частному праву Д. Д. Аверина, П. Н. Евсеева, В. М Корецкого, С. Б. Крылова, Л. А. Лунца, И. С. Перетерского, Л. П. Ануфриевой, М М Богуславского, В. А Бублика, Л. Н. Галенской, Г. К Дмитрие­вой, В. П. Звекова, С. Н. Лебедева, Н. И. Марышевой, Т. Н. Нешата-евой, М. Г. Розенберга, О. Н. Садикова, В. Г. Храбскова.

Для комплексного изучения проблемы признания и исполне­ния иностранных судебных решений используются труды в обла­сти гражданского процессуального и арбитражного процессуаль­ного права — М. Г. Авдюкова, М. А. Викут, В. П. Воложанина, Н. Г. Елисеева, Л. Н. Завадской, М. И. Клеандрова, И. В. Решетни­ковой, М. С. Шакарян, В. М. Шерстюка, В. В. Яркова и других.

Особо следует выделить Курс советского гражданского про­цессуального права в двух томах (Ред. кол. А. А. Мельников и др.) и Научно-практический комментарий к Гражданскому процессу­альному кодексу РСФСР под редакцией М. К. Треушникова, в которых вопросы признания и исполнения иностранных судеб­ных решений нашли наиболее полное освещение.

Существенное значение имеют публикации Н. Ю. Ерпылевой, Л В. Ефремова, В. А. Канашевского, Б. Р. Карабельникова, Ю. Г. Мо­розовой, А И. Муранова, Н. В. Павловой, В. R Терешковой, Г. И. Ша-рамовой, Н. А. Шебановой, С. А Шишкина.

Большой интерес представляют теоретические работы доре­волюционных авторов Е. В. Васьковского «Курс гражданского процесса» (1913 г.) и Т. М. Яблочкова «Курс международного граж­данского процессуального права» (1909 г.).

При написании диссертации использовались труды таких за­рубежных ученых, как М. Гунель. М. Вольф, М. Иссад, Л. Раапе, Дж. Чешир и П. Норт, X. Шак, В. Штейнер и др.

Цели исследования и задачи исследования. Целями диссер­тационной работы являются определение правовой основы и по­рядка деятельности компетентных органов государства по при­знанию и исполнению решений иностранных судов в Российской Федерации, анализ соотношения международно-правовой и внут­ригосударственной регламентации в этой сфере.

Сформулированные цели определили необходимость решения следующих задач:

исследовать вопросы признания и исполнения решений иност­ранных судов и арбитражей в качестве предмета совместного меж­дународно-правового и внутригосударственного регулирования;

показать соотношение публично- и частноправовых аспектов в правовом регулировании отношений по признанию и исполне­нию решений иностранных судебных актов;

проанализировать на основе действующего советского и рос­сийского законодательства, международных договоров порядок признания и исполнения иностранных судебных и арбитражных решений в деятельности судов общей юрисдикции, арбитражных судов и иных компетентных органов государства;

выработать предложения по совершенствованию международ­но-правового и внутригосударственного регулирования исследу­емых вопросов;

дать анализ сложившейся судебно-арбитражной практики по делам-ходатайствам о признании и принудительном исполнении решений иностранных судов с точки зрения ее соответствия нор­мам международного права и положениям российского законо­дательства и сформулировать соответствующие рекомендации.

Научная новизна работы. Положения, выносимые на защиту.

1. При оценке закрепленных в российском законодательстве вариантов непосредственного применения норм международного права (самостоятельное, совместное, приоритетное) с позиции эф­фективного правового регулирования вопросов признания и ис­полнения решений иностранных судов наиболее предпочтительны нормативные формулировки, закрепляющие совместное приме­нение норм международного права и «родственных» норм нацио­нального законодательства. Это согласуется с положениями меж­дународных договоров, регулирующих исследуемые вопросы.

2. В договорах о правовой помощи, иных международно-право­вых актах, затрагивающих вопросы признания и исполнения иност­ранных судебных решений, могут содержаться как самоисполнимые, так и несамоисполнимые нормы, что не исключает возможности не­посредственного действия таких договоров во внутреннем правопри­менении совместно с национально-правовыми актами, направленны­ми на их конкретизацию и/или устанавливающими порядок исполне­ния договорных норм. Этот вывод подтверждается судебной практикой.

3. Нормы, регламентирующие вопросы признания и исполне­ния решений иностранных судов, относятся частично к сфере гражданского и арбитражного процесса, частично — к области исполнительного законодательства как комплексного правового образования. Международные договоры, устанавливающие пре­делы экстерриториальной судебной юрисдикции, свидетельству­ют об урегулировании исследуемых вопросов нормами междуна­родного публичного права. Таким образом, для регламентации деятельности по признанию и исполнению иностранных судеб­ных решений требуется применение разных правовых средств, используемых в различных отраслях законодательства и даже разных правовых системах, что позволяет говорить о комплекс­ном подходе к изучению поставленной проблемы.

4. Возникающие в связи с признанием и исполнением решений иностранных судов отношения являются по своей природе публич­но-правовыми, но в их регламентации и реализации ощутимо вли­яние частноправовых аспектов. Осуществление деятельности по при­знанию и исполнению иностранных судебных решений инициируется заинтересованными лицами, то есть предполагает участие физичес­ких и юридических лиц различных государств, заявляющих хода­тайства о признании и исполнении судебных решений по гражданс­ким делам. По этому основанию исследуемые вопросы достаточно тесно переплетаются с международным частным правом. Вместе с тем в рассматриваемых отношениях определяющую роль играют именно публично-правовые начала, поскольку речь идет об обяза­тельности судебного акта одного государства на территории другого.

5. Исходя из смысла положений международных договоров, при­знание иностранных судебных решений, не нуждающихся в при­нудительном исполнении, предполагает выполнение определенной процедуры, заключающейся в проверке установленных соответству­ющим договором условий признания. Согласно же Указу ПВС СССР «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей» 1988 г. такая проверка осуществляется лишь в тех слу­чаях, когда со стороны заинтересованного лица поступают возра­жения против признания решения иностранного суда.

Проверка условий признания иностранного судебного реше­ния должна иметь место в любом случае независимо от наличия или отсутствия возражений против признания со стороны заин­тересованных лиц. Очевидно, такую проверку должен осуществ-

лять суд. И лишь после засвидетельствования того, что условия признания, предусмотренные международным договором, соблю­дены, соответствующее судебное решение может быть введено в действие на территории Российской Федерации.

6. Распространенное мнение о возможности реализации не толь­ко судебных решений о присуждении, но и судебных решений иного характера, совмещается с выводом, что иностранные судеб­ные решения, не требующие принудительного исполнения, как правило, также нуждаются в исполнении на территории Российс­кой Федерации, но в несколько иной форме, нежели иностранные судебные решения, вынесенные по делам о присуждении. Реали­зация таких судебных решений может осуществляться в виде офор­мления или регистрации компетентными органами государства (на­пример, органами ЗАГСа) установленных в иностранном судебном решении правоотношений, фактов и правовых состояний.

7. Разрешение вопросов, связанных с признанием и исполнени­ем иностранных судебных актов, может быть возложено на арбит­ражные суды, но не в силу предписаний российского законода­тельства (пока что такие указания отсутствуют), а на основании положений действующих международных договоров. Однако поло­жение усложняется еще и тем, что нормы международного права (за некоторым исключением) предлагают альтернативу по разре­шению данных вопросов как общими, так и арбитражными судами.

Произошедшие изменения в судебной системе Российской Федерации позволяют арбитражным судам включаться и в меха­низм исполнения решений иностранных арбитражей. Участие арбитражных судов в механизме исполнения судебных решений по хозяйственным спорам любых иностранных судов, в том чис­ле иностранных арбитражей, должно подкрепляться не только общими нормативными формулировками, но и непосредствен­ным указанием на это в законе.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что в ней показан комплексный подход в изучении проблемы признания и исполнения иностранных судебных решений, а именно: соотно­шение международно-правовой и внутригосударственной регла­ментации в этой сфере.

Практическая значимость работы выражается в том, что на основе обобщенной судебно-арбитражной практики по делам-хода­тайствам о признании и исполнении иностранных судебных реше-

10

ний сформулированы соответствующие рекомендации, составлены образцы документов; на основе проведенного анализа международ­ных договоров и российского законодательства предложены основ­ные направления по совершенствованию международно-правового и внутригосударственного регулирования исследуемых вопросов.

Апробация результатов проведенного исследования.

Диссертация подготовлена на кафедре международного пра­ва Института государства и права Тюменского государственного университета и на кафедре иностранного государственного и международного права Уральской государственной юридической академии, где проведены ее обсуждение и рецензирование.

Положения диссертации, аргументы и выводы были представ­лены и использовались на международной научно-практической кон­ференции, посвященной 10-летию юридического факультета Тю­менского государственного университета (Тюмень, октябрь 1995 г.), на конференции Международного Комитета Красного Креста, по­священной международному гуманитарному праву (Сергиев Посад, август 1996 г.), на региональной научно-практической конференции по проблемам юридической науки и образования (Тюмень, октябрь 2000 г.). Автор непосредственно по теме исследования признан ла­уреатом конкурса грантов губернатора Тюменской области 2001 года.

Положения диссертации применяются при чтении курса лек­ций по международному праву и при разработке практических заданий для семинарских занятий по международному праву для студентов Института государства и права, слушателей Институ­та дополнительного профессионального образования Тюменско­го государственного университета.

Методические подходы и конкретные дела использованы при подготовке в соавторстве книги «Международное право. Практи­кум», публикуемой издательством «НОРМА» (Москва) в качестве учебного пособия для юридических вузов.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, характе­ризуется степень разработанности проблем исследования; оп­ределяются цели и задачи исследования; отмечается научная новизна; формулируются основные положения, выносимые на

П

защиту; характеризуется практическая и теоретическая зна­чимость работы.

Глава первая «Признание и исполнение решений иностран­ных судов и арбитражей как предмет совместной регламентации международного и внутригосударственного права» состоит из двух параграфов. В § 1 «Вопросы признания и исполнения иностран­ных судебных решений в контексте общей проблемы взаимо­действия международного и национального права» признание и исполнение иностранных судебных решений рассматриваются как один из частных аспектов более общей проблемы взаимодействия международного и внутригосударственного права.

Разделяя мнение о возможности непосредственного действия норм международного права во внутригосударственной сфере, ав­тор отмечает существование различных вариантов непосредствен­ного применения международных договоров (самостоятельное, со­вместное, приоритетное) в правовой системе Российской Федера­ции, на что указывает и законодательство, регламентирующее вопросы признания и исполнения иностранных судебных актов.

Диссертант приходит к выводу о том, что с позиции эффек­тивного правового регулирования исследуемых вопросов норма­тивные формулировки, закрепляющие совместное применение норм международного права и «родственных» норм национально­го законодательства должны стать преобладающими.

С возможностью непосредственного применения международ­но-правовых норм в правовой системе РФ тесно связана пробле­ма самоисполнимости международных договоров. Считалось, что только самоисполнимый международный договор может быть не­посредственно применим в правовой системе государства, а для действия положений договора, не обладающего качествами са­моисполнимости, необходимо издание внутригосударственного акта, определяющего порядок его исполнения. Предлагаемое в науке деление международно-правовых актов на самоисполни­мые и несамоисполнимые представляется небесспорным хотя бы потому, что любой международный договор может содержать как самоисполнимые, так и несамоисполнимые нормы.

В договорах о правовой помощи, иных международно-правовых актах, посвященных вопросам признания и исполнения иностранных судебных решений, устанавливаются конкретные права и обязанно­сти, обращенные к органам государства, физическим и юридичес-

12

ким лицам. Однако в отношении самого порядка исполнения судеб­ных актов такие договоры содержат прямые отсылки к законода­тельству государства, на территории которого осуществляются эти действия. Таким образом, применительно к теме исследования отме­чается, что наличие в договоре самоисполнимых и несамоисполни-мых норм не исключает возможности непосредственного действия такого договора во внутреннем правоприменении совместно с наци­онально-правовым актом, направленным на конкретизацию его по­ложений и/или устанавливающим порядок исполнения договорных норм. Этот вывод находит подтверждение и в судебной практике.

При регулировании вопросов, связанных с признанием и исполне­нием решений иностранных судов и арбитражей, взаимодействие меж­дународного и национального права проявляется в образовании групп разносиетемных норм, «состыкованных» в определенные моменты для согласованного (совместного) применения, которые обозначены в на­уке как правоприменительные комплексы (Г. В. Игнатенко).

В § 2 «Соотношение публично- и частноправовых аспектов в регулировании отношений по признанию и исполнению реше­ний иностранных судов и арбитражей» определяется правовая природа отношений, возникающих в связи с признанием и ис­полнением иностранных судебных решений.

Представители науки международного частного права (Г. К. Дмитриева, В. П. Звеков, Н. И. Марышева и др.) относят дан­ные отношения согласно общепринятой классификации правоот­ношений к международным отношениям негосударственного ха­рактера и традиционно рассматривают в рамках особого подраз­дела науки международного частного права — международный гражданский процесс. При этом высказывается мнение о том, что нормы, регламентирующие международный гражданский процесс, в том числе вопросы признания и исполнения иностранных судеб­ных решений, «не могут быть включены в нормативный состав международного частного права, так как не отвечают объектив­ным критериям, характеризующим это право»1. Во-первых, ука­зывается на то, что нормы международного гражданского про­цесса имеют иной предмет регулирования, чем нормы междуна­родного частного права: они регулируют не сами частные отношения, осложненные иностранным элементом, а деятельность

1 Международное частное право. Учебник / Под ред. Г. К. Дмитриевой. Ы: «Про­спект», 2000. С. 34.

13

суда по разрешению гражданских дел, в которых присутствует иностранный элемент. Во-вторых, отмечается, что при правовой регламентации международного гражданского процесса отсутствует главный феномен, определяющий специфику международного частного права, — проблема выбора права: при рассмотрении дел, осложненных иностранным элементом, перед судом никогда не возникает вопрос, процессуальное право какого государства — российского или иностранного — нужно применить. Отсюда дела­ется вывод о том, что «в международном гражданском процессе объективно нет места методу международного частного права1.

В отечественной доктрине встречаются мнения о включении вопросов международного гражданского процесса в состав меж­дународного частного права как правовой отрасли (Л. П. Ануфри­ева, Т. Н. Нешатаева и др.). Данный тезис основывается в том чис­ле на таком элементе, специфически определяющем предмет дея­тельности судов, как связь данного отношения с международным сотрудничеством, участие в нем иностранных субъектов2.

По мнению диссертанта, отношения, складывающиеся при рас­смотрении вопросов признания и исполнения иностранных судеб­ных решений не входят в предмет регулирования международного частного права, так как последнее призвано регламентировать ча­стноправовые отношения гражданско-правового характера, возни­кающие между физическими и юридическими лицами различных государств. Что же касается исследуемых вопросов, в данном слу­чае речь идет об урегулировании деятельности судебных органов, осуществляющих процедуру признания и выдачи разрешения на принудительное исполнение решений иностранных судов по граж­данским делам, в которых присутствует иностранный элемент.

Нормы, содержащиеся в российском законодательстве, рег­ламентируют соответствующую деятельность только российских судов, являющуюся предметом регулирования российского про­цессуального права — гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права.

Кроме того, при правовой регламентации исследуемых воп­росов не возникает проблемы выбора права. В России процессу-

1 Международное частное право. Учебник / Под ред. Г. К. Дмитриевой. С. 34. г Ануфриева Л. П. Международное частное право: В 3-х т. Том 3. Трансграничные банкротства. Международный коммерческий арбитраж. Международный граж­данский процесс: Учебник. М.: Изд-во ВЕК, 2001. С. 283.

14

альное право является публичным правом, и действие его норм по общему правилу исключает постановку коллизионного вопро­са и применение в силу коллизионных норм иностранных про­цессуальных правил, если иное не вытекает из федеральных законов и международных договоров РФ. Таким образом, обра­щение к иностранным процессуальным нормам строится на иных (по сравнению с применением частноправовых норм) началах, а, следовательно, здесь отсутствует метод правового регулирова­ния, характеризующий международное частное право.

Рассмотрение вопросов признания и исполнения иностранных судебных решений было бы неправильным ограничивать только деятельностью суда. Дело в том, что исполнительное производство с введением в действие Федеральных законов «О судебных приста­вах» и «Об исполнительном производстве» организационно выведе­но из сферы судебной власти и передано к ведению органов испол­нительной власти1. Такой подход нашел отражение и в общеправо­вом классификаторе отраслей законодательства, согласно которому вопросы исполнения иностранных судебных решений закреплены в разделе «180.080.000. Исполнительное производство», а именно: выделен специальный подраздел «180.080.090. Совершение испол­нительных действий в отношении иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных организаций. Исполнение судебных актов и актов других органов иностранных государств»2.

Задача же суда заключается в вынесении определения о при­знании и принудительном исполнении иностранного судебного решения с последующей выдачей исполнительного листа, а так­же в контроле за процессом исполнительного производства при подаче жалоб одним из его участников.

Отношения, возникающие с момента выдачи судом исполни­тельного документа на основании решения иностранного суда (или отношения, возникающие с момента предъявления исполнитель­ного документа, выданного иностранным судом), регулируются нормами законодательства об исполнительном производстве. В ка­честве основного и обязательного субъекта правоотношений в ис­полнительном производстве выступает судебный пристав-испол-

1 Гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. В. В. Ярков. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Изд-во ВЕК, 2000. С. 448.

2 СЗ РФ. 2000. № 12. Ст. 1260.

15

нитель, являющийся представителем исполнительной власти и об­ладающий властными полномочиями в правоотношении.

В деятельности по исполнению иностранных судебных реше­ний, не требующих принудительного исполнения, могут участво­вать и другие компетентные органы государства. Реализация та­ких судебных решений возможна в виде оформления или регис­трации должностными лицами установленных в судебном решении правоотношений, фактов и правовых состояний. Так, например, вступившие в силу иностранные судебные решения о расторже­нии брака, об установлении отцовства, об установлении усынов­ления ребенка согласно Закону «Об актах гражданского состоя­ния» 1997 г. служат основаниями для совершения определенных действий органами записи актов гражданского состояния.

Исходя из принципа разделения властей, установленного в ст. 10 Конституции РФ, и деятельность суда и деятельность орга­нов исполнительного производства, а также иных компетентных органов, представляют собой самостоятельные функции государ­ственной власти. Очевидно поэтому возникающие отношения имеют публичную природу.

Вопросы признания и исполнения иностранных судебных ре­шений урегулированы не только российским законодательством, но и международными договорами, устанавливающими пределы осуществления экстерриториальной судебной юрисдикции одного государства на территории другого договаривающегося государ­ства. В многочисленных договорах о правовой помощи, иных меж­дународно-правовых актах, заключенных от имени Российской Федерации или действующих для России в порядке правопреем­ства, исследуемые вопросы регламентируются посредством уни­фицированных процессуальных норм. Эти нормы очень близки уни­фицированным материальным частноправовым нормам, однако, как справедливо отмечает Г. К. Дмитриева, здесь отсутствуют ос­нования для включения их в состав международного частного пра­ва1. Во-первых, потому что данные нормы не являются выраже­нием общего метода международного частного права — преодоле­ние коллизионной проблемы, так как таковая здесь вообще не возникает. Применение иностранных процессуальных норм согласно положениям договоров о правовой помощи допускается по просьбе

1 Международное частное право. Учебник / Под ред. Г. К. Дмитриевой. С. 35.

16

запрашивающего государства, если такие правила не противоре­чат законодательству запрашиваемой договаривающейся стороны. Во-вторых, закрепленные в международных договорах процессу­альные нормы предназначены для регулирования не частнопра­вовых отношений с иностранным элементом, а деятельности су­дебных и иных компетентных органов договаривающихся государств по признанию и исполнению судебных решений.

Разрешение вопросов, связанных с признанием и исполнени­ем иностранных судебных решений, затрагивает непосредствен­но межгосударственные отношения, поскольку речь идет об обя­зательности судебного акта одного государства на территории другого. Отсюда, по мнению диссертанта, представляется обо­снованным рассмотрение исследуемых вопросов в рамках науки международного (публичного) права.

Возникающие в связи с признанием и исполнением решений иностранных судов отношения являются по своей природе пуб­лично-правовыми, но в их регламентации и реализации ощути­мо влияние частноправовых аспектов.

В работе показана связь рассматриваемых вопросов с между­народным частным правом, поскольку именно частноправовые отношения порождают вопросы не только о праве, подлежащем применению, но и о компетентном органе, призванном опреде­лить это право, о процессуальных формах и средствах разреше­ния соответствующего дела, а также о возможности признания и исполнения судебных решений по таким делам. Вместе с тем такая тесная связь не является ни юридическим основанием для включения исследуемых вопросов в сферу международного час­тного права, ни аргументом в пользу такого включения.

Требует переосмысления и традиционно сложившееся мне­ние о рассмотрении вопросов исполнения решений иностранных третейских судов в рамках международного частного права и, соответственно, включение отношений, возникающих при этом, — к категории международных отношений негосударственного ха­рактера1. В работе показывается соотношение публично-право­вых и частноправовых аспектов в регулировании деятельности

1 См., напр., Звеков В. П. Международное частное право. Курс лекций. М.: Изд-ао НОРМА, 2000. С. 477-482; Богуславский М. М. Международное частное право. М.: ЮРИСТЪ, 1999. С. 401-404; Лунц Л. А., Марышева Н. И., Садиков О. Н. Меж­дународное частное право: Учебник. М.: Юрид. лит., 1984. С. 319-321. и др.

17

по признанию и исполнению решений иностранных арбитражей.

Нормы, регламентирующие вопросы признания и исполне­ния решений иностранных судов и арбитражей, относятся час­тично к сфере гражданского и арбитражного процесса, частич­но — к области исполнительного законодательства как комплек­сного правового образования. Они тесно переплетаются с нормами международного частного права. Международные договоры, ус­танавливающие пределы экстерриториальной судебной юрисдик­ции, свидетельствуют об урегулировании исследуемых вопросов нормами международного публичного права. Таким образом, для регламентации деятельности по признанию и исполнению иност­ранных судебных решений требуется применение разных право­вых средств, используемых в различных отраслях законодатель­ства и даже разных правовых системах, что позволяет говорить о комплексном подходе к изучению поставленной проблемы.

С практической точки зрения наличие публично-правовых и частноправовых аспектов при характеристике отношений, возни­кающих в связи с признанием и исполнением решений иностран­ных судов и арбитражей, предполагает постановку вопроса о со­блюдении определенного баланса между публичными и частными элементами при осуществлении рассматриваемой деятельности.

По мнению автора, при разрешении вопросов признания и ис­полнения соответствующих судебных решений безупречной была бы ситуация, когда национальный суд отражал бы конкуренцию интересов участвующих в правоотношении сторон, устанавливал разумный баланс между публичными и частными аспектами и, что самое важное, обосновывал, почему принято решение в пользу частных или публичных интересов. Особенно актуальным представ­ляется соотношение такого баланса при проверке оснований для отказа в признании и исполнении иностранного судебного решения.

Глава вторая «Правовые основы и порядок деятельности су­дов общей юрисдикции и арбитражных судов по признанию и исполнению иностранных судебных решений в Российской Фе­дерации» состоит из двух параграфов. В § 1 «Признание и испол­нение иностранных судебных решений судами общей юрисдик­ции» на основе положений российского законодательства и меж­дународных договоров рассматриваются процедуры признания и выдачи разрешения на принудительное исполнение иностран­ных судебных решений судами общей компетенции.

18

Согласно Указу 1988 г. для того чтобы признать иностранное судебное решение, не подлежащее принудительному исполнению, не требуется соблюдения специальной судебной процедуры, за­канчивающейся выдачей разрешения на признание. Только в од­ном случае вопрос разбирается в суде — если со стороны заинте­ресованного лица поступают возражения против признания.

В договорах о правовой помощи, в том числе Конвенции СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, провозглашается признание ино­странных судебных решений, не нуждающихся в принудитель­ном исполнении, без какого-либо специального производства, но, с другой стороны, такое признание ставится в зависимость от соблюдения определенных условий. Однако вопрос о том, каким образом должна осуществляться проверка условий признания, в международных договорах не урегулирован.

По мнению диссертанта, проверка условий признания иност­ранного судебного решения должна иметь место в любом случае независимо от наличия или отсутствия возражений против призна­ния со стороны заинтересованных лиц. Очевидно, такую проверку должен осуществлять суд, И лишь после засвидетельствования того, что условия признания, предусмотренные международным догово­ром, соблюдены, соответствующее судебное решение может быть введено в действие на территории Российской Федерации.

С учетом положений международных договоров, отдельных норм российского законодательства (например, ст, 160 СК РФ) представляется необходимым при разработке нового норматив­ного акта по исследуемым вопросам уделить внимание регла­ментации процедуры признания иностранных судебных решений, не требующих по своему характеру принудительного исполне­ния. Целесообразно включение соответствующих уточнений и в договорные нормы при дальнейшем совершенствовании между­народно-правового регулирования.

Разделяя мнение о возможности реализации не только су­дебных решений о присуждении, но и судебных решений иного характера (М. Г. Авдюков, Л. Н. Завадская, А. А. Мельников и др.), автор применительно к теме исследования отмечает, что иностранные судебные решения, не требующие принудитель­ного исполнения, как правило, также нуждаются в исполнении на территории Российской Федерации, но в несколько иной фор-

19

ме, нежели иностранные судебные решения, вынесенные по делам о присуждении. При реализации таких судебных решений отсутствует исполнительное производство с его специфически­ми органами и нет принудительных действий, направленных про­тив должника. В данном случае следует говорить о том, что, с одной стороны, исполнение таких решений зависит от волеизъ­явления заинтересованных лиц, а, с другой — предусматривает обязанность компетентных органов государства выполнить все необходимые действия по оформлению и регистрации прав, ус­тановленных вступившим в законную силу решением иностран­ного суда.

Автор обращает внимание на недостаточную урегулирован-ность механизма реализации иностранных судебных решений, не требующих принудительного исполнения, и высказывает пред­ложения по совершенствованию законодательства.

Согласно международно-правовым актам и Указу 1988 г. в отно­шении иностранных судебных решений, нуждающихся в принуди­тельном исполнении, устанавливается процедура выдачи разреше­ния на принудительное исполнение. При рассмотрении данных воп­росов компетентный суд не проверяет решение по существу, а лишь ограничивается соблюдением определенных условий, предусмотрен­ных соответствующим международным договором (представление заинтересованной стороной ходатайства и иных необходимых доку­ментов, отсутствие оснований для отказа в признании и исполне­нии), после чего выносит определение о разрешении принудитель­ного исполнения и выдает исполнительный лист. А дальше вступает в действие порядок исполнения решения, установленный законо­дательством об исполнительном производстве.

На основе анализа международных договоров и российского законодательства высказываются предложения по совершенство­ванию договорного и внутригосударственного регулирования ис­следуемых вопросов. Ознакомление с практикой судов общей юрисдикции по делам-ходатайствам о признании и исполнении иностранных судебных решений и ее обобщение позволяют сфор­мулировать соответствующие рекомендации и предложения.

В § 2 «Признание и исполнение решений иностранных судов арбитражными судами» указывается на отсутствие правовой рег­ламентации вопросов признания и исполнения иностранных су­дебных решений в арбитражно-процессуальном законодательстве.

20

В работе показана значительная роль в восполнении отме­ченных пробелов международных договоров, заключенных Рос­сией с государствами-членами СНГ, а также другими иностран­ными государствами. Важным этапом в развитии механизма при­знания и исполнения иностранных судебных решений явилось заключение Соглашения о порядке разрешения споров, связан­ных с осуществлением хозяйственной деятельности 1992 г.

Автор поддерживает мнение Т. Н. Нешатаевой о том, что данный международно-правовой акт устанавливает упрощенный порядок исполнения судебных решений: по Соглашению допус­кается принятие и исполнение соответствующих документов од­ного государства на территории другого без возбуждения судеб­ной процедуры по признанию и исполнению решения с вынесе­нием определения и выдачей нового исполнительного документа, если в этом нет необходимости, то есть при отсутствии каких-либо неясных или спорных обстоятельств. В связи с этим хода­тайство заинтересованной стороны о приведении в исполнение соответствующего решения, предусмотренное ст. 8 Соглашения, «не может рассматриваться как ходатайство в суд о разрешении на принудительное исполнение», оно «...адекватно по своему назначению заявлению о возбуждении исполнительного произ­водства»1. В таких случаях ходатайство об исполнении судебного акта и прилагаемый к нему перечень необходимых документов могут быть направлены взыскателен напрямую в соответствую­щее подразделение службы судебных приставов в порядке, ус­тановленном Федеральным законом РФ «Об исполнительном про­изводстве» 1997 г.

Обоснованность данной позиции подтверждают и другие меж­дународные договоры, принятые в развитие положений Согла­шения 1992 г. (Соглашение «О порядке взаимного исполнения решений арбитражных, хозяйственных и экономических судов на территориях государств-участников Содружества» от 6 марта 1998 г., Соглашение между Российской Федерацией и Республи­кой Беларусь о порядке взаимного исполнения судебных актов арбитражных судов Российской Федерации и хозяйственных су­дов Республики Беларусь от 17 января 2001 г.).

1 Нешатаева Т. Н. Международный гражданский процесс: Учеб. пособие. М.: Дело, 2001. С. 144- 145.

21

Диссертант останавливается на некоторых проблемах, разре­шение которых осталось за рамками международно-правового регулирования. Один из таких вопросов - какой суд должен рас­сматривать дела-ходатайства об исполнении решений арбитраж­ных судов государств-участников СНГ.

Поскольку в большинстве международных договоров под терми­ном «компетентный суд» понимаются как общие, так и арбитражные суды, то при рассмотрении вопросов признания и исполнения инос­транных судебных решений можно говорить о наличии альтерна­тивной подведомственности 'данных вопросов двум ветвям судебной власти1. С одной стороны, это представляется вполне допустимым, так как важен сам факт признания иностранного решения судебной властью государства, в котором оно должно быть исполнена С дру­гой стороны, в такой ситуации вряд ли можно говорить об эффектив­ном и оперативном исполнении решений, поскольку на выяснение вопроса о том, в какой суд следует обратиться заинтересованной стороне с ходатайством об исполнении решения иностранного суда, уходит немало времени. Поэтому представляется необходимым зако­нодательное урегулирование процедуры исполнения иностранных судебных решений российскими арбитражными судами либо посред­ством разработки нового нормативно-правового акта, который бы учитывал изменения, произошедшие в судебной системе, либо пу­тем конкретизации действующего законодательства, которое в пла­не исследуемых вопросов не содержит каких-либо уточнений.

Еще одна проблема, возникающая в судебно-арбитражной прак­тике при разрешении вопросов исполнения решений иностранных судов, — это правильный выбор международного договора, под­лежащего применению в конкретной ситуации. Большинство дого­воров о правовой помощи, заключенных Российской Федерацией, в том числе Конвенция СНГ о правовой помощи и правовых отно­шениях по гражданским, семейным и уголовным делам, исходят из необходимости проведения специальной судебной процедуры, заканчивающейся выдачей разрешения на исполнение соответству­ющего судебного решения (так называемая выдача «экзеквату­ры», заключающаяся в том, что вынесенное судебное решение

1 Об альтернативной подведомственности общих и арбитражных судов по вопро­сам исполнения решений иностранных судов см.: Косова М. Исполнение решений иностранных третейских судов // Российская юстиция. 2001- № 1. С. 26-27.

22

не проверяется по существу, но в судебном заседании с вызовом ответчика проверяется соблюдение при вынесении решения усло­вий, предусмотренных международным договором; установив, что решение соответствует этим условиям, суд своим определением разрешает его принудительное исполнение и выдает исполнитель­ный документ взыскателю).

Что же касается Соглашения 1992 г., а также договоров, при­нятых в развитие положений данного международно-правового акта, последние закрепляют упрощенный механизм исполнения судебных решений по хозяйственным спорам в рамках СНГ.

В работе предлагается распространить упрощенный порядок исполнения на решения не только арбитражных судов, но и су­дов общей юрисдикции государств-участников Содружества.

Исследование поставленных вопросов и анализ судебно-ар-битражной практики позволяют сформулировать основные на­правления по совершенствованию действующего законодатель­ства, а также предложить соответствующие рекомендации для арбитражных судов.

Глава третья «Признание и исполнение решений иностран­ных третейских судов (арбитражей)» включает два параграфа.

В § 1 «Российское законодательство и международные догово­ры РФ об обязательности и порядке исполнения решений иност­ранных арбитражей» дается краткий анализ международных до­говоров и внутригосударственного законодательства, регламенти­рующих вопросы признания и исполнения иностранных арбитражей.

При этом в работе под решениями иностранных арбитражей понимаются все арбитражные решения, вынесенные постоян­ными третейскими судами и третейскими судами ad hoc, дей­ствующими в качестве негосударственного механизма разреше­ния споров и находящимися вне территории Российской Федера­ции. Диссертант также исходит из того, что в иностранных государствах под арбитражами, как правило, подразумеваются международные коммерческие арбитражные суды1.

Среди многосторонних соглашений по вопросам арбитража особо выделена Конвенция о признании и приведении в исполне-

10 международном коммерческом суде как разновидности третейского суда см.: Клеандров М. И. Международные суды: Учебное пособие. Тюмень, 2000. С. 150; Сеглин Б. Классификация исполнительного производства международных ар­битражей и иностранных судов // Хозяйство и право. 2000. № 8. С. 96.

23

ние иностранных арбитражных решений 1958 г., действующая в отношении Российской Федерации в порядке правопреемства.

Процессуальный порядок рассмотрения ходатайств о призна­нии и принудительном исполнении решений иностранных арбит­ражей определяется по правилам Указа ПВС СССР «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей» 1988 г. Это следует из ст. 1, разъясняющей, что под решениями иностранных судов понимаются решения по гражданским делам, приговоры по уголовным делам в части возмещения ущерба, при­чиненного преступлением, а также, если это предусмотрено меж­дународным договором, акты иных органов иностранных государств.

Разрешая признание и принудительное исполнение иност­ранного третейского суда, компетентный суд не пересматривает данное решение по существу, а проверяет, все ли условия, не­обходимые для признания и исполнения соответствующего ре­шения, соблюдены. К таким условиям, прежде всего, относится представление вместе с ходатайством необходимых документов, перечень которых определяется международным договором. Да­лее требуется проверить, имеются ли основания для отказа в таком признании и исполнении.

Основания отказа в исполнении иностранных арбитражных решений принято классифицировать на две группы: во-первых, основания, которые должны быть доказаны стороной, против которой направлено решение; во-вторых, основания, которые найдет компетентная власть страны, где испрашивается призна­ние и принудительное исполнение1.

Наибольшую сложность для российских судов представляет при­менение положений пункта 2 части 1 статьи 36 Закона «О междуна­родном коммерческом арбитраже» 1993 г., в соответствии с которым в признании и исполнении иностранного арбитражного решения может быть отказано, если признание и исполнение этого решения противоречат публичному порядку Российской Федерации.

В доктрине международного частного права этот институт получил название «оговорки о публичном порядке». Он употреб­ляется в тех случаях, когда применение иностранного права про­тиворечит публичному порядку страны, где испрашивается при-

1 Павлова Н. В. Некоторые основания отказа в признании и приведении в испол­нение арбитражных решений // Вестник ВАС РФ. 1999. Спец. прил. к № 3. С. 18.

24

знание или исполнение арбитражного решения, основанного на иностранном праве. Речь идет именно об ограничении применения иностранного права, а не об отрицании применения иностранного права в России, на котором основано иностранное арбитражное решение. Само по себе противоречие применимых норм иност­ранного права нормам российского права, регулирующим схожие отношения, не является основанием для отказа в признании и принудительном исполнении иностранного арбитражного решения.

Применение оговорки о публичном порядке в качестве осно­вания для отказа в признании и приведении в исполнение иност­ранного решения возможно в тех случаях, когда последствия при­знания и исполнения такого решения будут посягать на основы общественного и конституционного строя России, которые отра­жают российское правосознание и нарушение которых в резуль­тате применения иностранного права является недопустимым.

Установив, что оснований для отказа в признании и прину­дительном исполнении иностранного арбитражного решения не имеется, компетентный суд выносит определение о разрешении принудительного исполнения иностранного арбитражного реше­ния и выдает исполнительный лист, который направляется в служ­бу судебных приставов по месту жительства (нахождения) от­ветчика либо по месту нахождения его имущества. В дальней^ шем принудительное исполнение осуществляется по правилам законодательства об исполнительном производстве.

В § 2 речь идет о некоторых проблемах признания и приве­дения в исполнение решений иностранных третейских судов, воз­никающих в судебно-арбитражной практике.

Одна из таких проблем — определение суда, компетентного разрешать признание и исполнение в Российской Федерации решений третейских судов иностранных государств. Дело в том, что международные договоры, регламентирующие вопросы при­знания и исполнения иностранных арбитражных решений, со­держат лишь общие формулировки о том, что данные вопросы должен рассматривать компетентный суд.

Такие уточнения отсутствуют и в российском законодатель­стве. Так, например, закрепляя в ст. 35 Закона «О международ­ном коммерческом арбитраже» 1993 г. положение о том, что ар­битражное решение, независимо от того, в какой стране оно было вынесено, признается обязательным и при подаче в компе-

25

тентный суд письменного ходатайства приводится в исполнение, законодатель не конкретизирует, что же следует понимать под термином «компетентный суд».

В сложившейся ситуации единственным нормативно-право­вым актом, определяющим суд, компетентный рассматривать соответствующие ходатайства, является Указ 1988 г. В числе таких судов названы суды общей юрисдикции, поскольку арбит­ражных судов в то время не существовало.

С учетом произошедших изменений в судебной системе Рос­сийской Федерации осуществление деятельности по признанию и исполнению решений иностранных арбитражей может быть возложено на арбитражные суды (по такому пути идет и судеб-но-арбитражная практика). Вместе с тем высказывается пожела­ние о том, что участие арбитражных судов в механизме испол­нения судебных решений по хозяйственным спорам любых инос­транных судов, в том числе иностранных арбитражей, должно подкрепляться не только общими нормативными формулировка­ми, но и непосредственным указанием на это в законе.

Другая проблема, возникающая в судебно-арбитражной прак­тике, заключается в правильном выборе международного дого­вора, подлежащего применению в конкретной ситуации. Поскольку правовой основой признания и принудительного исполнения ре­шений иностранных третейских судов являются, прежде всего, международные договоры, в каждом конкретном случае необхо­димо устанавливать наличие такого договора, в соответствии с которым заинтересованная сторона может обращаться за при­знанием и принудительным исполнением соответствующего ре­шения. В зависимости от того, в каких международных договорах участвуют государства, предлагаются различные варианты от­ветов на поставленный вопрос.

В заключении формулируются основные выводы проведен­ного исследования, предложения по совершенствованию между­народно-правового и внутригосударственного регулирования, рекомендации судебным органам.

26

По теме диссертации опубликованы следующие

1. Исполнение международных договоров в судебной деятельности •-//, Развитие российской государственности и права в период перехода к pыноч ной экономике. Тезисы докладов к Международной научно-практической конференции, посвященной 10-летию юридического факультета ТюнГУ. Тюмень, 1995. С 41-43.

2. К вопросу о признании и исполнении решений иностранных су­дов. // Актуальные проблемы юриспруденции. Выпуск 3. Часть 1. Тю­мень, 1999. С. 83-86.

3. Исполнение решений иностранных судов на территории Российс­кой Федерации. // Российский юридический журнал. 2000, № 1. С 99-107.

4. Международное право: Учебно-методический комплекс для слу­шателей РЦПК специальности "Юриспруденция". Тюмень: Изд-во Тю-мен. ун-та, 2000.